Оренбургская епархия в прошлом. 1743 — 1917 годы

Слово дилетанта
5 августа 2015
История, Оренбургская епархия, Православие

Следующая статья:

Панорама Оренбурга (историческое фото)

Панорама Оренбурга (историческое фото)

История Оренбургской епархии насчитывает более двухсот лет и неразрывно связана с историей становления и развития Оренбургского края, с первой его страницы. Начало же оренбургской летописи открывается в первой половине XVIII века, с 1730-х годов.

Казачий парад на бульваре в Оренбурге

Казачий парад на бульваре в Оренбурге

В то время по обе стороны пограничной реки Яик (Урал) на всём её протяжении от вершины (в Уральских горах) до устья (у Каспийского моря) не было ни городов, ни сёл, за исключением трёх казачьих городков: Яицкого (с 1584 года), Гурьевского (с 1640 года) и Сакмарского (основан яицкими казаками в 1724 году).
Появление в середине 1740-х годов новой российской губернии (Оренбургской) на юго-восточной окраине Державы, на границе с зауральскими бескрайними степями, населёнными ордами кочующих киргизкайсаков, само по себе было явлением замечательным, ибо ордынцы – полуязычники-полумусульмане, издавна просили подданства, добровольного вхождения в православное государство (многонациональное и многоконфессиональное).
Предложения от степных правителей о принятии их под российский скипетр поступали с давних времён – ещё в 1594 году хан Тевкель просил царя Фёдора Иоанновича принять его с ордою в подданство; в 1718 году хан Каип «особенно искал покровительства» Петра I; в 1726 году (при Екатерине I) приезжал с подобной просьбою посланец Кайбакар от Малой орды.
Пётр I во время Персидского похода 1722–1723 годов, будучи в Астрахани, «чрез многих изволил уведомиться о почти неизвестных в тогдашнее время обширных киргиз-кайсацких ордах». Тогда российский император изрёк общеизвестные ныне и часто цитируемые слова: «…хотя де оная Киргиз Каисацкая (орда) степной и лехкомысленной народ, токмо де всем азиатским странам и землям оная де орда ключ и врата; и тои ради причины оная де орда потребна под Российской протекцыей быть, чтоб только чрез них во всех Азиатских странах комоникацею иметь…».
Однако инициативы «легкомысленных» кочевников по ненадёжности их в обещаниях долго «оставались без последствий», несмотря на большую заинтересованность России в мирных и дружеских отношениях с ордынцами и ради торговых отношений, зависевших от безопасности купеческих караванов, проходивших через их земли, и ради безопасности окраинных юго-восточных русских поселений, подвергавшихся разбойничьим нападениям степняков, хищением ими поселян и дальнейшей продажей пленённых в рабство в Хиву.
Многочисленные роды киргиз-кайсаков делились на несколько жузов (орд), зачастую жестоко враждовавших и истреблявших друг друга. Младший жуз кочевал со своими табунами и стадами в той части «дикой степи», которая примыкала к левобережью Урала (правобережье контролировалось башкирами).
В начале XVIII века степные кочевники претерпевали не только особую агрессивность своих восточных соседей – джунгар, но и постоянные набеги башкир с севера.
Непосредственным поводом к великому историческому событию – образованию Оренбургского края – послужило решение хана Младшего жуза Абулхаира настойчиво искать протекции русского царя, ибо он, обеспокоенный бедственным положением своего народа, не имел собственных сил для защиты его от истребления.
В 1730 году Абулхаир направил к русской царице Анне Иоанновне (1730–1740) своё посольство. В начале следующего года послы добрались до Петербурга и вручили императрице «письменное представление Абулхаира о желании киргиз принять подданство России». Ханское посольство было милостиво принято, щедро одарено и в мае того же года отпущено в орду с царскою грамотою.
В грамоте были изложены условия принятия в подданство: «…служить и платить ясак (подать) так, как башкиры (меньше налогов русских крестьян); пользоваться при нападении неприятелей защитой со стороны русских, самим же не нападать на башкир, калмыков и яицких казаков; пленных русских подданных возвратить и русским купцам и торговым караванам при проезде через киргизские аулы не только не делать притеснений и обид, а напротив, охранять их и содействовать развитию торговли».
В 1732 году у себя в степи в присутствии российского посла Тевкелева ордынцы – хан, султаны, старшины и народ – приняли «навечно… точное подданство от российского государства».
Отправляя обратно в Петербург послов, российских и своих, с донесением о принятии подданства не только «киргизами Малой орды, но и каракалпаками» Абулхаир просил императрицу построить на реке Яик, «по близости их кочевья» крепость для «их пользы в торгу» и защиты от разорительных набегов «джунгарских калмык» и других более напористых соседей.
С окончательным решением принять в своё подданство соседние степные народы российское правительство приступило к разработке проекта по благоустройству территории, примыкающей к границе киргиз-кайсацких владений. Для защиты ордынцев от враждебных им племён, а главное для торговых целей, по обоюдному согласию российского правительства и хана Абулхаира, в устье реки Орь на Урале решено было построить город-крепость.
Название своё пограничный город Оренбург получил по «Привилегии», пожалованной городу 7 июня 1734 года императрицей Анной Иоанновной, начинающейся так: «Сему городу, с Богом вновь строить назначенному, именоваться Оренбург…» (то есть город на реке Орь).
Подготовить проект образования и освоения нового удалённого края было поручено разработчику всех научно-исследовательских экспедиций, снаряжаемых на окраины России, обер-секретарю Правительствующего Сената, географу и картографу Ивану Кирилловичу Кирилову (1689–1737). Ему же поручили возглавить и само предприятие, названное Известною (Оренбургскою) экспедициею (впоследствии Оренбургскою комиссиею).
Первый оренбургский летописец, участник Экспедиции, Пётр Иванович Рычков (1712–1779) сообщает, что «вся его Кирилова команда в лагерь к реке Яику, против устья Орского, дошла» при трудных обстоятельствах 6 августа 1735 года, в день Преображения Господня, потому и гора, на которой решено было возводить главную крепость нового края, названа была Преображенскою.
15-го же августа (в день Успения Пресвятой Владычицы нашей Богородицы) «по надлежащем всемогущему Богу молебствовании, первая Оренбургская крепость о четырёх бастионах купно с цитаделью малою на горе Преображенской с земляною работою при пушечной пальбе заложена и начата работою». Вместе с основанием крепости была заложена первая церковь нового православного края во имя Преображения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.
«Из пожалованной городу Оренбургу привилегии ясно можно усмотреть, что сей город заложен наипаче для восстановления азиатской коммерции и дано в нём соизволение всем и всякого народа российским… купечеству, мастеровым и разночинцам, также иностранных европейских государств иноземцам, купцам и художникам, и тутошним башкирскому народу, и живущим с ними, и новоподданным киргизским и каракалпацким народам и из азиатских стран приезжим грекам, армянам, индийцам, персам, бухарцам, хивинцам, ташкентцам, калмыкам и иным всякого звания и веры приходить, селиться, жить, торговать и всяким ремеслом промышлять. И паки на прежние свои жилища отходить свободно и невозбранно, без всякой опасности и удержания…».
В состав экспедиции Кирилова, помимо учёных, военных, строительных рабочих, входили и священники, как того требовали обычаи православного государства.
Не состоялся в связи с этим замечательнейший факт оренбургской истории – будущий великий русский учёный-энциклопедист Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) мог стать первым «учёным священником» нового края. Кирилов, наметивший включить в состав экспедиции учёного священника, обратился в Святейшее Синодальное правление. Оттуда дали Московской Славяно-греко-латинской академии следующее указание: «… выбрать из учеников человека достойного для произведения во священство и желающего ехать со статским советником Иваном Кириловым в Известную экспедицию…».
23-летний Ломоносов, единственный из академических учеников старших классов, пожелал «ехать самоохотно» на край земли с научно-военной экспедицией. Кирилов побеседовал с предполагаемым священником, остался им доволен и известил об этом Правительствующий Синод. На родину Ломоносова, в Архангельскую губернию, подтвердить его священническое происхождение.
Выяснилась неприятная деталь – Михайло Ломоносов оказался выходцем из крестьянского сословия, а назвался поповским сыном при поступлении в академию (первое высшее учебное заведение в Москве), потому что туда принимали только детей священников. Наказания лучшему ученику академии не последовало, но от участия в Оренбургской экспедиции он был отстранён.
При самом продвижении к берегам Яика через Башкирию (принявшую добровольно российское подданство ещё в 1557 году) экспедиция неожиданно встретила сопротивление аборигенов, препятствовавших продвижению отрядов на всём их пути. Это неожиданное обстоятельство подтвердило необходимость и ускорило возведение укреплённой линии на всём протяжении рек Яика, Самары, Илека (пять дистанций).
Вновь возводимые линейные крепости, форпосты и редуты заселялись гарнизонами военных и казаками (военно-сельским сословием традиционных охранителей границы). Вскоре же добавилась Сакмарская линия для защиты поселяющихся на новых землях русских крестьян-хлеборобов.
Во всех возводимых крепостях закладывались храмы Божии. П.И. Рычков в своей «Топографии Оренбургской губернии» называет их.
Вверх по реке Самаре с 1736 года были заложены первые крепости Самарской дистанции: Ольшанская (в ней церковь во имя чудотворца Макария), Бузулукская (церкви в ней две: во имя Архангела Михаила и Николая Чудотворца), Тоцкая (Воздвижения Честного Креста), Сорочинская (Рождества Христова), Тевкелев брод (ныне Новосергиевская, церковь в ней во имя Сергия Радонежского).
На Нижнеяицкой дистанции в крепостях: Переволоцкой – церковь во имя Преподобного Ефрема Сирина, в Чернореченской – Богородицы Казанской, в Татищевой – Благовещения Пресвятой Богородицы, в Нижнеозёрной – Николая Чудотворца, в Рассыпной – святых апостолов Петра и Павла.
Сакмарскую дистанцию составили два редута и две крепости: Пречистенская (церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы) и Воздвиженская (церковь в честь Воздвижения Честного Креста Господня). Название крепостям и будущим церквям в них дал главный начальник Оренбургской экспедиции Иван Иванович Неплюев.
Проезжая вдоль реки Сакмары (намечающейся Сакмарской дистанции), он «нашёл эти места весьма способные и всем к жизни нужным довольные», определил названия строящимся крепостям и церквям в них:
«Верхнее… поселение определил именовать крепостью Воздвижения Святага Креста, а в письмах писать и просто называя Воздвиженскою крепостью, ибо в день сего праздника оная крепость мною осматривана и церковь Воздвижения Креста Господня построить определено. А нижнюю (крепость) именовать Пречистенскою крепостью для того, что таковая церковь во имя Богоматери образа Казанскаго тут построена быть имеет».
От Оренбурга вверх по реке Яику цепь крепостей и редутов (в составе нынешней Оренбургской области) входила в Красногорскую и Орскую дистанции.
Красногорскую дистанцию составили крепости: Красногорская (церковь в честь Воскресения Господня), Верхнеозёрная (церковь в честь Вознесения Господня), Ильинская (церковь во имя пророка Божия Илии), Губерлинская (церковь во имя св. Иоанна Предтечи).
Орская крепость была началом Орской дистанции, на которой были воздвигнуты крепости Таналыцкая (церковь в честь иконы Богоматери Владимирской), крепость Уртазымская (церковь во имя трёх святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого). Остальные крепости и редуты Орской дистанции ныне расположены на территории Челябинской области.
Нашим предкам, первопоселенцам края, предписывалось неукоснительно придерживаться в своей частной жизни порядка, согласованного с законами Божьими и государственными. По указу императрицы Елизаветы Петровны (годы царствования: 1741–1761) командирам крепостей дана была «Инструкция» из 20 пунктов, регламентирующая жизнь всех новопоселенцев, среди которых были беглые и всякого рода люди, находившиеся «с законом не в согласии».
Инструкция была составлена И.И. Неплюевым в сентябре 1742 года во время его пребывания в крепости Сорочинской. Второй пункт этой инструкции командирам крепостей оренбургской пограничной линии гласил:
«Понеже все оренбургские новостроящиеся крепости на самых пустых местах и в отдалении от старых российских жилищ заводятся, того ради вам прилежное смотрение иметь, чтоб все поселяющиеся… в надлежащем страхе Божиим пребывали и от богопротивных поступков всегда воздержаны были.
В воскресные и праздничные дни непременно б на определенные молитвы в церковь приходили… По улицам бездельно никто б не шатался и безщинства не чинил… Наблюдать, чтоб в святые посты: а паче в Великий, исповедовались и Святых тайн приобщались… также о священниках и церковнослужителях попечение иметь, чтоб они определенное им денежное и хлебное содержание… в свое время получали…». А в шестом пункте указанной инструкции повелевалось: «Всякое радетельное старание приложить… чтоб в каждой крепости… учредить для обучения малолетних солдатских и других чинов детей школы, в которых обучать их чтению и письму, а наипаче всего страху Божию, к чему за учителей способно могут быть церковнослужители…».
Вскоре же по закладке города Оренбурга в восточной части пограничной линии стало очевидным, что это место для главного города обширного края неподходящее. Ещё при первом оренбургском командире главную ставку Экспедиции пришлось устраивать не в новом пограничном Оренбурге (в устье реки Ори), а в городе Самаре (на Волге), ближе к центральным российским губерниям.
При сменившем после кончины Кирилова В.Н. Татищиве (1737–1739) Оренбург был заложен во второй раз ниже по течению Яика, при урочище Красная гора. Первый Оренбург при этом назвали Орской крепостью.
После Татищева недолгое время возглавляли Комиссию (бывшую Экспедицию) В.А. Урусов (1739–1741) и Л.Я. Соймонов (1741–1742).
В 1742 году главным командиром Оренбургской комиссии был назначен один из крупнейших государственных деятелей России тайный советник Иван Иванович Неплюев. При знакомстве его (первоначально по картам) со всеми дистанциями Оренбургской линии спорное второе место для Оренбурга при Красной горе было отвергнуто так же, как и первое. Главный город-крепость решено было заложить ниже по течению Яика на высоком его берегу при устье реки Сакмары, где стояла Бердская крепость (её перенесли выше по реке Сакмаре).
19 (30 н.ст.) апреля 1743 года Оренбург с «надлежащим молебствием с пушечною пальбою» заложили в третий раз, на современном месте. Город-крепость окружили рвом и земляным валом (впоследствии обложенным плиточным камнем) с четырьмя воротами для въезда в него.
В следующем 1744 году, 15 марта, по указу Правительствующего Сената была учреждена Оренбургская губерния. Площадь её составляла 1/3 часть территории Европейской части России. Занимая по величине пятое место в ряду других губерний, она включала территории современных областей: Оренбургской, Челябинской, части Самарской, Башкирию, часть Татарстана и Казахстана.
Иван Иванович Неплюев (1742–1758) был назначен первым губернатором обширнейшего по территории пограничного российского края.
Первоначально, в первые годы своего существования, Оренбургский край не имел собственной архиерейской кафедры. В церковно-административном отношении до 1800 года он находился в ведомстве Казанской епархии, частию – в Вятской.
Оренбургское духовное правление – начало существования церковно-административной власти края – было учреждено в 1739 году.
Правителем духовных дел Оренбургской экспедиции был протопоп Алексий Киселёв, в его отсутствие «правительскую» должность исполнял «Самарской соборной Троицкой церкви поп Дмитрий Иванов». Первоначально Духовное правление размещалось при канцелярии Оренбургской экспедиции в Самаре, с 1744 года – со времени образования Оренбургской губернии – оно было переведено в Оренбург. С этого времени церкви и приходы всех новопостроенных крепостей и селений края были подчинены Оренбургскому духовному правлению. До своего упразднения в 1859 году (с образованием Оренбургской епархии) Духовное правление размещалось во Введенской церкви г. Оренбурга (в западной части набережной Урала); здесь же хранился архив Оренбургской духовной консистории.
Церкви возводились во всех поселениях: в крепостях они строились на государственный счёт, в деревнях – общим коштом прихожан и горнозаводских (заводовладельцами). В оренбургских имениях храмы возводились тщанием помещиков. Священников для них повсеместно не хватало. В «словесных школах» занимались обучением «школьников», и Оренбургское духовное правление поставляло в них казённые учебные буквари. Из «словесных школ» подбирались кандидаты для учёбы в Казанской духовной семинарии.
Рождающемуся новому многонациональному краю требовались священнослужители со знанием языков малых народов. По императорскому указу повелевалось «для обучения церковным таинствам» набирать не только детей священнослужителей (от 15 лет), но и дворянского и купеческого сословия, умеющих говорить и писать на разных языках (мордовском, чувашском, черемисском), чтобы они могли на тех языках «проповеди чинить». Набранные грамотеи отправлялись на ученье в Казанскую и Архангелогородскую епархии, где обучение «проводилось под присмотром тамошних архиереев, ибо те архиереи люди ученые». Со временем обучение будущих священнослужителей, как правило, проходило в Казанской и Тамбовской семинариях.
Храмы выполняли и роль общенародных информационных центров. Здесь зачитывались правительственные указы, рескрипты, политические и военные известия. (К примеру, в 1740 году и накануне, из Казанской духовной консистории по императорскому указу неоднократно напоминалось «о праздновании 30 августа повсюду во всех церквях в честь святого благоверного великого князя Александра Невского».) В 1764 году Оренбургское духовное правление получило Указ императрицы Екатерины II об обязательном обнародовании печатных указов «вывешиванием их в церквях».
При церквях же предписывалось строить богадельни для нищенствующих больных на деньги, полученные от продажи свечей.
В 1800 году открылась Оренбургская семинария (находилась в Уфе), а в 1803 году – духовное училище при Оренбургском духовном правлении, куда принимались дети церковно-священно-служителей от 7 до 18 лет.
Период с 1735 года до конца XVIII столетия – в течение 70 лет – ознаменован мерами по постепенному развитию и благоустройству нового пограничного края. Административные границы разраставшейся по площади огромной губернии неоднократно менялись; в связи с этим Оренбург принимал статус то губернского, то уездного города. В зависимости от этого область духовного попечения православным населением менялась, то значительно увеличиваясь, то уменьшаясь.
В 1781 году было учреждено Уфимское наместничество (торжественно открыто в 1784 году). Наместничество было разделено на две области – Уфимскую и Оренбургскую. Оренбургскую область составили Оренбургский уезд и вновь учреждённые Бузулукский, Верхнеуральский, Сергиевский и Троицкий уезды.
За границы Оренбургского края отошли к Симбирскому наместничеству города Самара и Ставрополь, а Шадринск и Оса – к Пермскому. В Уфимскую область вошли уезды: Уфимский, Бирский, Мензелинский и вновь учреждённые Бугурусланский, Бугульминский, Белебеевский, Стерлитамакский и Челябинский (отделённый от Пермского наместничества); при этом слободы Бугульма и Бугуруслан, чувашское селение Белебей и крепость Челябинская возведены в степень городов.
В 1796 году Уфимское наместничество снова переименовано в Оренбургскую губернию, состоявшую из десяти уездов. Центр управления губернией был переведён из Уфы в Оренбург.
Однако из-за невозможности размещения гражданских учреждений в Оренбурге, скованном крепостным валом, центр управления переместился вновь в Уфу. Оренбург, потерявший «значение гражданского сосредоточения губернской администрации» и перешедший на статус уездного города, по-прежнему остался военно-политическим и стратегическим центром пограничного края, так как отсюда изначально осуществлялось высшее управление в лице военных губернаторов (с 1850 по 1881 годы – генерал-губернаторов), от которых зависели и гражданские губернаторы.
Оренбургский край до учреждения самостоятельной епархии входил в состав епархий: Казанской (в нынешних границах области) и Тобольской (Верхнеуральский, Троицкий, Челябинский уезды), раскинутых на сотни тысяч квадратных километров. Край был удалён от центра миссии, потому, вполне естественно, непосредственной и систематической проповеди в своих пределах не видел. Огромные территории Казанской и Тобольской епархий, плохое состояние дорог (а в нашем крае и постоянная опасность разбойничьих нападений при проезде), делали для архиереев почти невозможным ни личный объезд епархии, ни надзор над паствой, ни руководство ею.
В Оренбург, считавшийся вторым по важности городом в Казанской епархии, по несколько лет не приезжали архиереи. Первым архипастырем, посетившим Оренбург, был епископ Казанский Лука (Конашевич). Он прибыл в город 20 июля 1746 года, пробыл в нём целую неделю, а затем отправился в Яицкий городок (Уральск).
В 1758 году приезжал в Оренбург Преосвященный Гавриил II (Кременецкий), освятивший тогда Введенский собор, а в 1783 году побывал Антоний I (Забелин). Итак, за 60 лет Преосвященные Казанские посетили Оренбург всего три раза, ибо окраины были удалены от цента вёрст на 500–750 и более, распоряжения епархиальных властей доходили туда чрезвычайно долго, да и значение самих мероприятий падало или вовсе исчезало. Всё это парализовало добрую энергию епархиальных владык. Само духовенство и миряне испытывали огромные трудности. Рукоположение, представление детей в семинарию, получение освященного мира или антиминсов и другие нужды священнослужителей, а также и мирян, которым приходилось ходатайствовать о постройке или ремонте церквей или являться в консисторию по вопросам несения епитимии, которые раньше практиковались, и т.п., ложились тяжким бременем на их плечи.
В конце 1799 года выходит Синодальный указ об учреждении пяти новых епархий: Калужской, Пермской, Саратовской, Слободской (Украинской) и Оренбургской. В указе (в Оренбургское Духовное правление адресован 9 января
1800 года) определено: «…как во вновь учрежденной Оренбургской епархии следуют из Казанской епархии отбыть Оренбургской губернии города Оренбург, Уфа, Бугульма, Бузулук, Стерлитамак, Бирск и Мензелинск с их округами да шесть селений уезда Верхнеуральского, в коих по клировой 1799 года ведомости значится состоящих в ведении сего Оренбургского, Уфимского и Бугульминского духовных правлений 170 церквей, – то о учинении находящимся при оных церквах священнослужителям (дать знать, чтобы) имели впредь отношение к пребывающему в Уфе Преосвященному Амвросию Епископу и имя его преосвященства воспоминали во всех церквах при священнослужениях, где следует по чиноположению по именованию его по Высочайше конфирмированной Его Императорским Величеством поднесенной при докладе Синода росписи Оренбургским и Уфимским… в сии духовные правления послать указы… и жителям означенных городов и селениям дать знать…».
Значит, епархия получила название по губернии – Оренбургская, а епископ её именовался Оренбургским и Уфимским.
Всего в 1799 году в пределах России было 36 епархий, в том числе 4 митрополии, 12 архиепископий и 20 епископий. По старшинству Оренбургская епархия была поставлена в третьем классе, заняв в нём последнее место, из-за наименьшего количества церквей.
Оренбургская епархия включала тогда Оренбургскую губернию, нераздельно связанную с Уфимской, земли казачьего войска и Уральскую область.
Местопребывание архиерея и консистории было назначено не в губернском городе Оренбурге, а в уездном городе Уфе, где пустовали казённые здания после преобразования в 1797 году Уфимского наместничества в Оренбургскую губернию и перевода всех присутственных мест из Уфы в Оренбург. Наиболее приличные из уфимских зданий решено было обратить в дома архиерейские и отдать в Духовное ведомство. Тем же Синодальным указом было предписано Казанской и Тобольской консисториям с необходимыми аккуратностью и осторожностью все дела по церквям, монастырям Оренбургской губернии, а также сведения о священниках и их семьях, отправить в Уфу. Ближайшая к Уфе Казанская консистория на первое время обязывалась направить в Уфу несколько опытных в делопроизводстве канцелярских служителей.
Итак, 16 октября 1799 года в составе Оренбургской губернии была учреждена самостоятельная Оренбургская епархия.
Первым епископом на новоучреждённую кафедру был назначен архимандрит Юрьевского монастыря, ректор Новгородской семинарии Амвросий (Келембет) (1800–1806).
4 марта 1800 года, согласно именному указу императора Павла I, в Уфе была открыта Оренбургская Духовная консистория – первый самостоятельный орган управления епархией. При содействии владыки Амвросия был открыт мужской Успенский Богородицкий монастырь и Оренбургская духовная семинария (в Уфе), а во всех духовных правлениях губернии – духовные училища.
Территория епархии простиралась почти на 320 тыс. кв. вёрст, имея в длину и ширину по 1000 вёрст, а в окружности – более 5500 вёрст.
205 церквей отошло к Оренбургской епархии (условно называемой в этот период Оренбургско-Уфимской).
В 1804 году Оренбургская губерния была разделена на 12 уездов.
В 1817 году к епархии была присоединена область Уральских казаков.
В связи с переселением крестьян из густонаселённых центральных губерний в зауральские степи границы епархии стали всё больше и больше отодвигаться на юго-восток края.
В 1835 году область духовного ведомства несколько увеличилась с созданием новой укреплённой линии к северовостоку от крепости Орской до редута Березовского на р. Уй.
В 1851 году вновь меняются границы края – образовалась Самарская губерния, к ней отошли три наиболее густонаселённых оренбургских уезда: Бузулукский, Бугурусланский и Бугульминский. Главный начальник края, оренбургский военный губернатор В.А. Перовский, переименован в оренбургского и самарского генерал-губернатора.
В 1859 году, через 60 лет после учреждения Оренбургской епархии, она была разделена на две самостоятельные – Оренбургскую (с наименованием её Оренбургской и Уральской) и Уфимскую (именуемою Уфимской и Мензелинской).
В Оренбургскую епархию были переданы церкви Оренбургского и Уральского казачьих войск, Зауральных степей, Сыр-Дарьинской линии и Оренбургского уезда. Общее число православных храмов новой епархии насчитывало 225.
Оренбургская кафедра во главе с бывшим епископом Оренбургским и Уфимским Антонием II (Радонежским) (1858–1862) разместилась в г. Оренбурге.
Преосвященный Антоний II сформировал штаты архиерейского дома, кафедрального собора и консистории. Духовная консистория в Оренбурге была открыта 11 июня 1859 года. Секретарём консистории Священный Синод утвердил командующего башкирским войском В. Соколова.
Оренбургская Духовная консистория являлась присутствующим местом епархиального управления и совмещала административную и судебную духовную власть, ведала всеми сторонами церковной жизни на территории Оренбургской епархии, осуществляла контроль за обучением духовенства, работой духовных правлений, миссионерской деятельностью. Суду Оренбургской консистории подвергались миряне по брачным делам и поступкам, совершённым против церковно-религиозных порядков и обрядов. Консистория проводила большую работу по борьбе с раскольничеством, особенно крепко жившим в казачестве.
В 1860 году было открыто в Оренбурге духовное училище. При владыке Антонии в том же году и в 1865-м при Преосвященном Варлааме (Денисове) (1862–1866) настоятельно поднимался вопрос об учреждении духовной семинарии и женского духовного училища. В конце 1869 года генерал-губернатору Н.А. Крыжановскому удалось добиться решения об открытии семинарии. Строительство семинарского комплекса началось в 1881 году, официальное открытие состоялось 26 августа 1884 года.
Напротив семинарии в 1889 году было воздвигнуто двухэтажное каменное здание Епархиального женского училища.
В начале 1865 года Самарская губерния отошла от Оренбургского генерал-губернаторства, и в этом же году Оренбургская губерния приобрела новые очертания. По предложению генерал-губернатора А.П. Безака (1860–1864) она была разделена на Оренбургскую и Уфимскую. В состав Оренбургской вошло пять уездов: Оренбургский, вновь образованный Орский, Верхнеуральский, Троицкий и Челябинский. Оренбург, центр управления, из уездного города переименован в губернский. За пять лет до этого реформирования часть городского вала была срыта, и все (четверо) ворот разобраны. В 1862 году по Правительственному указу Оренбургская крепость была официально упразднена, как утратившая своё оборонное значение с постепенным передвижением границы на юг.
В 1867 году образовалось Туркестанское генерал-губернаторство в составе Сыр-Дарьинской и Семиреченской областей, входивших до этого в Оренбургский край. В следующем году территория Оренбургско-казахской степи была разделена на две области: Уральскую (земли Уральского казачьего войска с центром управления в г. Уральске) и Тургайскую (с центром в Оренбурге).
Оренбургское генерал-губернаторство и военный округ были упразднены в 1881 году. Войска и войсковые штабы вошли в подчинение командующего войсками Казанского военного округа. Последним оренбургским генерал-губернатором был Н.А. Крыжановский (1864–1881).
В связи с территориальным изменением края, как уже отмечалось выше, менялась, то увеличиваясь, то уменьшаясь, область управления Оренбургской епархии.
В 1908 году Уральская область в церковном отношении была изъята из Оренбургской и Уральской епархии с присоединением её к Самарской. С этого времени наша епархия стала именоваться Оренбургской и Тургайской.
Под контролем консистории находились различные благотворительные учреждения и попечительские комитеты. В 1820 году в Уфе открылся комитет Библейского общества, ставивший своей целью распространение книг Священного Писания, в первую очередь Библии. Книги рассылались по церквям Оренбургской епархии.
Были открыты церковноприходские попечительства: в 1821 году – Попечительский комитет о бедных (в Уфе), в 1866 году в Оренбурге учреждено Попечительство о бедных духовного звания, в 1872 году – губернское Попечительство детских приютов, в 1895 году – Приют для детей нищих и арестованных Общества вспомоществования неимущим (оренбургский генерал-губернатор Ершов и вице-губернатор Соколовский отчисляли в приют по 1% получаемого ими жалованья). В 1914 году, в годы Первой мировой войны, была создана система особых приходских попечительных советов помощи семьям солдат. Советы выплачивали денежные пособия всем нуждающимся семьям.
Кроме того, оренбургским духовенством был организован Епархиальный Комитет по оказанию помощи семьям воинов и Красному Кресту. Созданные православным духовенством попечительные организации способствовали решению одной из главных государственных задач – помощи всем нуждающимся.
В 1893 году при консистории была открыта типография, затем переплётная мастерская, доход от которой поступал на содержание консистории. Здесь же издавалась газета «Оренбургские епархиальные ведомости», выходившая с 1873 года в Уфе.
Миссионерские нужды епархии удовлетворялись двумя учреждениями – Оренбургским епархиальным комитетом Православного миссионерского общества (с 1875 года при епископе Митрофане) и Михаило-Архангельским братством (с 1886 года при епископе Макарии). Просветительские, благотворительные и миссионерские задачи Комитета и Братства осуществлялись через устройство школ в православно-инородческих приходах с преподаванием предметов и совершением богослужения на родном языке прихожан. Таких школ у Комитета было 9, а у Братства – 13. Кроме того, при Михаило-Архангельском Братстве был учреждён особый Миссионерский противораскольнический комитет (с 1893 года). В его обязанности входило проведение проповедей и публичных бесед, диспутов с раскольниками и сектантами.
В Оренбурге в 1894 году был открыт Отдел Императорского Палестинского Общества (учреждено в 1882 году, председатель Общества – великий князь Сергей Александрович, градоначальник Москвы, убиенный террористами, супруг великой княгини прмц. Елисаветы Фёдоровны, убиенной большевиками, похоронена в Иерусалиме в храме св. Марии Магдалины на Елеонской горе), оказывающий покровительство и помощь русским паломникам, следующим на поклонение святым местам в Палестину и на Афон. Главным же образом деятельность Отдела была направлена на распространение сведений о Святой земле и Палестине среди православного населения Оренбургской епархии.
В начале XX века (по данным статистического обозрения за 1910 год) в Оренбургской епархии (в прежних её пределах) действовало: 6 соборов, 220 каменных и 323 деревянных церкви, 7 каменных и 219 деревянных молитвенных домов, 580 церковно-приходских школ, духовная семинария, епархиальное женское училище, 2 духовных училища, 47 городских приходских училищ, 488 церковных школ с общим количеством учащихся 25 423. Возносили молитвы Всемогущему Богу монахи и монахини 11 оренбургских монастырей: 4-х мужских (Богодуховский общежительный в г. Оренбурге, Успенско-Макарьевский в г. Оренбурге, Никольский общежительный в с. Покровка, Спасо-Преображенский в г. Бузулуке) и 7-ми женских (Успенский в г. Оренбурге, Николаевский в г. Илецкая Защита, Покровский в с. Шар, Покровский в г. Орске, Покровский в г. Бугуруслане, Тихвинский в г. Бузулуке, Ключегорский Казанско-Богородицкий в с. Таллы (ныне Грачёвского района).
На территории губернии (по переписи населения 1897 года) проживало 1 600 145 человек, из них 1 175 000 православного населения.

Автор: С.Е. Сорокина

Приведено по материалам издания:
Оренбуржье православное: история и современность. – Оренбург, 2014.

На ту же тему
 К посетителям сайта

Книги можно приобрести в Оренбургском информационном центре по адресу: г. Оренбург, ул. Советская, 27 (под башней с курантами)

Свежие записи
Святой Владимир над Обителью Милосердия
Саракташской Обители Милосердия — 25 лет
Профессия инженер-журналист
Оренбургская епархия в прошлом. 1743 — 1917 годы
Гонения советского периода в Оренбургской епархии
Слово дилетанта © 2018   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх